• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Новости

«Нам повезло жить сейчас»

В новом интервью из цикла бесед с финалистами конкурса Лицей мы поговорили с Катериной Кожевиной, лауреатом 5 сезона. Катерина рассказала о своей учебе в CWS, литературных планах и о том, что «в чужой монастырь со своим заводом не ходят.»

«Нам повезло жить сейчас»

Катерина Кожевина — прозаик, социолог. В  конце декабря 2021 года ее роман «Лучшие люди города» вышел в Редакции Елены Шубиной. 

 


Катерина, расскажите, пожалуйста, немного о вашем обучении в CWS: как вы пришли в мастерскую, каким образом построен процесс обучения?  Помогло ли обучение в CWS при работе над романом?

Как говорит моя подруга, люди делятся на две категории – одни хотят открыть бар, а вторые хотят написать книгу. Я всегда себя относила ко второй категории. Про CWS я узнала достаточно давно и ходила на отдельные мастер-классы. Но когда открылась мастерская Елены Сергеевны ( прим. – Холмогоровой ), я поняла, что это как раз тот формат, который может мне помочь превратится из человека, бесконечно планирующего, в человека, который по составленному плану двигается.

В юности я занималась легкой атлетикой и знаю совершенно точно, что, если ты бежишь длинную дистанцию не один, скорее всего, ты прибежишь быстрее и не собьешься с темпа. Но понятно, что спорт – это больше про соревнование, а творчество – про поддержку. Заданный в CWS темп позволяет не бросить выбранную дистанцию и дает понимание, в какой точке пути ты находишься в данный момент. Для меня ощущение, что кто-то рядом бежит по параллельной дорожке, очень важное. Также большое значение имеет  наставник, человек, который смотрит на тебя со стороны, и помогает сделать первые шаги. Но мне кажется, мастерские нужны не только начинающим писателям, и поэтому, если будет возможность, я хотела бы вернуться к такому формату.

Мастерская CWS – это еще и очень крутой социальный опыт. Каждый участник получает фокус-группу, которая раз в неделю обсуждает только что написанный текст, позволяет посмотреть на него с разных точек зрения и помогает определиться, в каком направлении двигаться дальше. Это была великая находка!

Елена Сергеевна – человек потрясающего педагогического таланта, она создала атмосферу, в которой ты не боишься ошибаться. В мастерской было много участников с уже готовыми текстами, мне же было сложно сделать первый шаг и начать рассказывать свою историю. Возможно, я бы его не сделала, но Елена Сергеевна сказала: «Катя, вам нужно начинать писать, хотя бы две-три страницы». Для меня это был определяющий момент, когда камешек полетел с горы.

Когда вы начали писать свой роман, вам приходило в голову, что эта работа достаточно быстро выйдет в свет?

У меня был довольно проектный подход, немного циничный. Я точно знала, что эта работа не пойдет в стол. То, что я напишу, для меня важно издать. Конечно, я не думала, что мою книгу опубликует большое издательство, трендсеттер российского книжного рынка, но какая-то вероятность этого мне все равно представлялась. Я все время прорисовывала в своей голове дерево вероятностей и рассматривала варианты того, как я могу помочь своей книге быть опубликованной. Нам с вами крупно повезло, что мы живем не в девятнадцатом веке, и нам не нужно закладывать имение, чтобы издать книгу. Безусловно, мне хотелось бумажную публикацию книги, но сейчас можно придумать и какой-то мультимедиа формат, одним словом, поэкспериментировать и сделать все возможное, чтобы текст нашел свою аудиторию.

Как вы решились подать свою работу на конкурс «Лицей»? Какие были эмоции после того, как вы отправили рукопись, когда услышали свое имя среди лауреатов премии?

Премия «Лицей» – это одна из возможностей опубликовать роман. Но я не рассматривала это как свой основной жизненный сценарий, вероятность попасть в длинный список Лицея составляла меньше двух процентов. Все это казалось мне невозможным, но Елена Сергеевна посоветовала подать мою работу на конкурс.

Конечно, было приятно получить эту премию. Но, на мой взгляд, институт литературных премий – это больше про возможность войти в сообщество, про символический капитал. Сейчас для меня очень важно, чтобы мою книгу прочитали, и я понимаю, что премия «Лицей» расширяет горизонт моих возможностей.

Что изменилось в вашей жизни и в вас после получения премии «Лицей»? Появилась уверенность или, наоборот, страх чистого листа?

Успех – это относительное понятие в книжном деле. Разумеется, у любого автора есть страх, что он не найдет свою аудиторию, что он сейчас написал что-то хорошее, а потом напишет что-то не слишком удачное. Но у меня не возникло ощущения, что я достигла некоторого максимума, потому что и после вручения премии я не знаю, будет ли успешна моя книга. Признание – это не столько про премии, сколько про взаимодействие с аудиторией. Если у кого-то из читателей что-то загорится внутри, для меня это будет осознанием того, что я не зря потратила свое время. Но этого может и не произойти. Наша реальность очень многофакторная, не все упирается в качество текста.

И вообще, во всей этой истории самые счастливые моменты для меня связаны с процессом письма, когда появлялось ощущение эйфории от того, что получилась сцена или интересный образ героя. В том, что мне дали премию «Лицей», было больше облегчения, потому что закончилось мучительное ожидание. Я понимала, что наступил момент, когда меня поставили к доске и выставляют оценку, и не просто по-дружески, а профессионально, сравнивая с другими. Для меня это очень сложный опыт.

Что для вас самое главное в вашей книге?

Для себя я выделяю две линии. Первая линия очень личная и понятная, она встречается во многих произведениях. Когда книгу готовили к печати, был сформулирован слоган, который хотели поместить на обложку: «Мы думали, что выросли, а на самом деле нет». Это история про взросление и попытку найти внутреннюю свободу. Главная героиня находится в поиске своего пути. Я придумала город Крюков, который очень напоминает город ее детства, таким образом, она попадает в место, где нет времени. И все, что там происходит, могло бы происходить и в ее детстве, она отчасти переживает и преодолевает прошлое.

Вторая линия для меня самая важная. Это то, с чего все начиналось, откуда появился замысел. Это история про отношения центра и периферии, о том, что в чужой монастырь со своим заводом не ходят. В своем романе я размышляла о том, как происходит освоение территорий в России. Хочу сразу озвучить, что я не против открытия новых предприятий. Но когда люди из центра приходят со своими порядками в регионы и не учитывают ритм жизни, правила и ценности этого места, они просто пытаются его поломать. К сожалению, в России такое случается. Поэтому в романе земля просто выталкивает колонизаторов, в этом есть что-то иррациональное. Но я хотела сделать так, чтобы нашлась сила, которая смогла бы оказать сопротивление московскому бизнесу. Потому что никто из местного населения этого сопротивления оказать не мог.

Как вам кажется, может ли ваш роман немного расшевелить жителей Москвы и заставить их высунуть нос за пределы МКАД? Или все же литература – это не тот инструмент, который способен повлиять на эту ситуацию?

 Такие как я, наверное, мало что могут. А вот Алексей Иванов – может. У меня был случай, когда я поехала в поход зимой в республику Коми, к Столбам выветривания Мань-Пупу-Нёр. Это места, где происходят события его романа «Сердце Пармы». Там я познакомилась с бывшим десантником, теперь это мой друг, который тоже прочитал Иванова и поехал в этот поход.  Встретились два совершенно разных человека, с разным опытом, но в один момент мы начали вспоминать имена вогульских богов и молиться о том, чтобы не остаться здесь под сугробом. Поэтому, на мой взгляд, литература на что-то может повлиять, правда сейчас ей сложно соревноваться с условным тик-током. Но когда литература становится частью другого процесса, например, выходит экранизация романа, конечно, это расширяет возможности произведения.

Ваш роман в какой-то степени перекликается с идеей проекта «Заповедник», могли бы вы рассказать об экспедиции или, может быть, встрече, которая послужила отправной точкой для написания романа?

 В 2018 году мы ездили с коллегами в экспедицию на Сахалин и готовили сборник историй об этом острове. У этой экспедиции был конкретный фокус, связанный с исторической памятью, потому что Сахалин – это территория, которая несколько раз переходила из рук в руки. Остров помнит каторгу, о которой писал Чехов, совместное владение с Японией, когда произошел раздел по пятидесятой параллели, и на второй половине острова жили японцы. Но и сейчас на Сахалин приходят нефтяные компании, осуществляя бизнес-передел. А что в это время происходит с людьми? Это был наш главный вопрос. Мы смотрели, как перестановки повлияли на жизнь людей, на их судьбы, межнациональные отношения, привязанность к Сахалину. Конечно, многое осталось за кадром, потому что тебя очень много трогает и трогает лично. Но когда ты находишься внутри исследования, ты свою личность должен нивелировать. Поэтому литература стала для меня возможностью из этой ситуации выйти, перестать быть наблюдателем и проявить свои чувства к тому, что я вижу.  Например, на острове мы познакомились с женщиной, которую воспитывал пленный японец, эта встреча подтолкнула меня к созданию одного из персонажей романа.

Над чем вы работаете сейчас?

 Я бы хотела вернуться к теме своей малой родины ( прим. – город Омск ), там тоже очень много антропологического жира. Думаю, у меня будут совсем другие чувства, и я смогу лучше раскрыть своих героев. Но в то же время я там очень давно не живу, поэтому переживания не смогут меня полностью поглотить, и я смогу в какой-то момент от них отделиться и проанализировать со стороны. По форме это будет антропологический детектив. Мне бы хотелось придумать сюжет, захватывающий читателя с первых страниц, и при этом сохранить свой исследовательский тон повествования. Для меня важно рассказать о героях через призму ценностей, взглядов, внутренних противоречий, но не только личностных. Показать их как жителей этого места, как носителей определенной культуры, поработать не только с психологией отдельного человека. Омск – очень интересное место со своей драматичной историей. Чуть больше ста лет назад туда приехал Колчак и объявил Омск столицей, а через год это все закончилось, но омичи до сих пор помнят об этом. Получается, что тот год и сейчас влияет на жизни людей. Эта тоска по столичности, воспоминание о золотом веке будут ключевой частью моей новой книги.

Какой совет вы могли бы дать начинающим писателям/писательницам?

Не нужно бояться, что вас никто не заметит, что книга не будет опубликована. У каждого из нас уже есть голос. Марк Цукерберг с Павлом Дуровым не зря старались. Нам повезло жить сейчас. В отличие от Мартина Идена, который много лет ждал публикации, хотя его работа была закончена, и в конечном счете, это все вылилось в личную трагедию. 


Беседовала Анна Зиновьева