• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Не пойман – не вор!

Американский драматург начала ХХ века Уилсон Мизнер как-то сказал: «Когда вы заимствуете материал у одного автора, это – плагиат, но когда у многих – это исследование». В наши дни, скорее, верна другая истина: если вы заимствуете материал у одного автора, это – судебный иск, если у многих – это много судебных исков.

Ежегодно сотни писателей по всему миру обвиняются и обвиняют других в плагиате, но если на западе юридический аспект проблемы прозрачен, то в России до сих пор возникают проблемы с базовым регулированием. Особенно уязвимы начинающие литераторы, которые могут стать жертвой злоумышленников или, пусть непреднамеренно, оказаться этими самыми злоумышленниками. Ниже – краткий путеводитель. Все, что вы хотели знать о плагиате.


Что такое «плагиат»?

Юридического определения не существует. Легче сказать, что им не является: подражание, пародия, заимствование идей (так как сама «идея» авторским правом не охраняется), эмуляция, цитирование, стилизация, верность традициям и канонам, преемственность и даже соавторство.

Как справедливо замечает Горнфельд: «Следует понимать, что все произведения науки и искусства в той или иной степени основаны на ранее созданных произведениях»[1]. Обратите внимание, я указал автора высказывания и оформил цитату, тем самым обезопасив себя от нападок. Чего и вам желаю.

То есть, легального определения не существует?

Правильно! И это очень даже свойственно российской юридической технике – терминологический аппарат зачастую как бы выносится за скобки. В этом смысле тяжкая работа ложится на плечи правоведов – в своих трудах, опираясь на текст закона и практику, они формулируют определения. Если обратиться к исследованиям, то плагиат можно охарактеризовать десятком разных способов; проблема в том, что ни один из них не будет истиной в последней инстанции. Но для чистоты эксперимента давайте остановимся на самой общей из трактовок:

«Плагиат – умышленно совершаемое физическим лицом незаконное использование или распоряжение охраняемыми результатами чужого творческого труда, которое сопровождается доведением до других лиц ложных сведений о себе как о действительном авторе»[2].

А если объяснять человеческим языком?

Да, специфика юридического языка состоит в том, что понять смысл без словаря бывает проблематично. Давайте разберем приведенное выше определение по полочкам.

«Плагиат» – это

«... умышленно совершаемое» – во-первых, имеется в виду, что плагиат – всегда активное деяние (то есть, вы не можете что-то украсть, сидя на диване). Во-вторых, это деяние не только активное, но и умышленное. Умысел относится к категории вины, которая показывает психическое отношение преступника к совершаемому деянию. Что весь этот вокабулярный праздник означает на практике?

Невозможно случайно скопировать чей-то текст. По своей сущности плагиат – деяние всегда умышленное, то есть человек ставит конкретную цель и для ее достижения нарушает закон, при этом осознавая характер последствий.

«... физическим лицом» – подразумевается, что субъектом плагиата (тот, кто совершает преступление) может быть любой из нас, но не юридические лица, публичные образования и т. д.

«... незаконное использование или распоряжение» – с незаконностью все прозаично – чтобы деяние считалось преступным, оно должно быть прямо запрещено законом. Если в законе запрета не содержится, то и нарушения нет. 

«Использование» и «распоряжение» – составляющие права собственности. «Использование» – извлечение пользы из свойств вещи (в нашем случае, из продукта интеллектуальной собственности). «Распоряжение» – комплекс мероприятий по изменению титула вещи, определению ее «судьбы». Соответственно, незаконное «использование» или «распоряжение» подразумевает указанные выше действия, которые совершаются неправомочным субъектом. Проще говоря, если вы присвоили чужое, то «использовать» и «распоряжаться» украденным в любой форме – нарушение закона.

«...охраняемыми результатами чужого творческого труда» – результат творческого труда означает конкретный продукт интеллектуальной деятельности. Он должен быть внешне выражен, а в отдельных случаях, запатентован. Иными словами, закон не охраняет «идеи». Если вы придумали гениальный роман, рассказали о задумке друзьям, сели писать, а один из «приятелей» вас опередил – придется смириться и жить дальше. Закон охраняет не мысли и концепции, а их носитель – книгу.

То, что труд должен быть «чужим», разумеется, в комментарии не нуждается. Сложно представить человека, который позаимствует идею у самого себя. «Творческий», как характеристика труда, говорит о его нацеленности на создание произведения искусства. Впрочем, плагиат распространяется и на продукты научной деятельности, известны также прецеденты в сфере журналистики и научно-популярной литературы.

«...которое сопровождается доведением до других лиц» – имеется в виду, что пока вы бессовестно занимаетесь плагиатом за закрытыми дверьми – взятки гладки. Ответственность наступит, когда вы, так или иначе, сделаете «позаимствованный» текст достоянием общественности.

«...ложных сведений о себе как о действительном авторе» – это, пожалуй, главное условие, дифференцирующее плагиат относительно других форм заимствования. Имеется в виду публикация чужого произведения под своим именем и/или заимствование без указания источника.

Важно понимать, что сущность плагиата заключается в присвоении себе статуса автора заимствованного текста. Если вы просто скопируете, обнародуете без разрешения или иным образом неправомерно используете текст, охраняемый авторским правом, то ответственность наступит по совершенно другой статье – «Пиратство». В связи с этим нередки случаи, когда «пиратство» переходит в «плагиат».

Хорошо, с терминологией более или менее понятно. А как отличить плагиат от схожих, но вполне законных форм заимствования?

Мы уже говорили о том, что «плагиатом» не является. Список вышел достаточно обширным, и могло сложиться впечатление, что «плагиат» – страшная байка, которой пугают студентов перед сдачей курсовой работы. На самом деле, в каждом отдельном случае приходится заново устанавливать, отвечает ли конкретное заимствование критериям плагиата. Опять же, в литературной сфере вопрос разграничения смежных понятий стоит особенно остро, так как практически любое произведение так или иначе использует наработки, следует шаблоном и повторяет структуру предшественников.

Более того, отдельные литературные направления целиком построены на заимствованиях и переработке. К примеру, постмодернизм основывается на деконструкции художественных текстов – от классицизма до модерна. В постмодернистских произведениях за основу берутся не только структурные элементы, лейтмотивы и схемы построения сюжета, но и полноценные отрывки, при этом никаких сносок не предусмотрено.

Отдельно стоит сказать о такой свойственной России форме переработки текстов, как адаптация иностранных детских произведений. Классика подобной литературы, будь то «Золотой ключик, или Приключения Буратино» Толстого или «Приключения Незнайки» Носова, в сущности, является переложением иностранных первоисточников. Формально, это плагиат. Однако не одно поколение выросло на подобной литературе и, уверен, многие из нас продолжат традицию, когда настанет черед воспитывать собственных детей.

Понятно, не трогаем постмодернистов и детских писателей. Кто остается?

Мы, насколько это возможно, поговорили о сущности плагиата, используя общие критерии. Чтобы определить конкретные разновидности, следует обратиться непосредственно к российскому законодательству в сфере авторского права, благо оно предоставляет злоумышленникам тонну лазеек.

Во-первых, стопроцентный плагиат – «подделка». Автор «подделки» заимствует у оригинала сюжет, героев и ситуации, но предусмотрительно меняет все имена и названия. Классический пример – разбирательство по иску Джоан Роулинг к российскому писателю Дмитрию Емцу, который заменил «Гарри» на «Таню», а «Поттер» на «Гроттер». Как ни странно, при очевидном плагиате, иск Роулинг удовлетворен не был. Емец воспользовался той самой лакуной в терминологии, заявив, что его творение – вовсе не плагиат, а сознательная пародия на книги о «мальчике, который выжил». Это якобы подтверждает юмористическая стилистика текста. Даже настолько корявый аргумент убедил суд, который сослался на то, что романы принадлежат к разным жанрам, а потому о плагиате речи идти не может.

Во-вторых, в России (а где же еще!) процветает так называемая «мимикрия». По сути, она повторяет обязательную программу «подделки», но заходит дальше, копируя не только содержательную часть условного бестселлера, но и оболочку. Как правило, при «мимикрии» воспроизводится обложка оригинала, используются идентичные шрифты и верстка. Бывает, автор берет псевдоним, созвучный с именем иностранного писателя.

В-третьих, отдельно следует сказать о природе «фанфиков». Сокращение расшифровывается как «фан-фикшн», то есть любительское произведение по мотивам оригинала, которое может продолжать сюжетную линию или быть полностью самостоятельным текстом. Ключевое отличие от иных форм плагиата состоит в том, что авторы «фанфиков» вполне себе признают заимствование. Да, мы обожаем «Сумерки». Да, мы взяли сюжет и персонажей, и что? Да, мы не спрашивали разрешения.

Так на свет появилась уже культовая книга «50 оттенков серого», произросшая на удобренной «Сумерками» почве. Забавно, что к Стефани Майер (женщина, подарившая миру «вампирскую сагу») также предъявляли иск о плагиате. На выходе получаем замкнутый круг, куда в последнее время норовит вклиниться издатель, видящий «спрос» и любыми способами стремящийся обеспечить «предложение». Это война. А на войне, как известно, все средства хороши.

Наконец, нельзя не упомянуть об еще одной специфической черте российского книжного рынка – продолжения классических романов. Законодательство нашей страны устроено таким образом, что автор, при определенных раскладах, может взять известный роман и «состряпать» его сиквел, приквел или вбоквел. Но, как известно, книжный рынок поделен между крупными игроками, которые не потерпят произвола братьев меньших. Поэтому отечественные писатели все-таки ограничены. Другое дело, что переосмысления культовых романов, рожденные за рубежом, у нас исправно публикуются. Вряд ли Маргарет Митчелл в восторге от того, что определенная прослойка российских читателей всерьез принимает «Ретт Батлер» за продолжение «Унесенных ветром». А что поделать?

Как запутанно! Просто скажите, что мне будет, если я нет-нет, да позаимствую фрагмент из любимого произведения?

Конечно, лучше этого всячески избегать. Но если страшное все-таки случилось и ущерб нанесен, вас ждет свидание со статьей 146 УК РФ «Нарушение авторских и смежных прав». В ней говорится: 

«Присвоение авторства (плагиат), если это деяние причинило крупный ущерб автору или иному правообладателюнаказывается штрафом в размере до двухсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до восемнадцати месяцев, либо обязательными работами на срок до четырехсот восьмидесяти часов, либо исправительными работами на срок до одного года, либо арестом на срок до шести месяцев»[3].

В общем, если всерьез нацелены заимствовать, лучше подкопить денег или, по крайней мере, освободить ближайшее после публикации время. Давайте немного задержимся на законодательной формулировке и обратимся к официальному комментарию к статье 146 УК РФ. Есть моменты, которые стоит прояснить.

В примечании к статье говорится, что

«Деяния, предусмотренные настоящей статьей, признаются совершенными в крупном размере, если стоимость экземпляров произведений […] либо стоимость прав на использование объектов авторского права и смежных прав превышают сто тысяч рублей, а в особо крупном размере – один миллион рублей»[4].

А вот, что по этому поводу заключает комментарий:

«При этом крупный ущерб является оценочной категорией. При признании причиненного ущерба крупным суд учитывает размер причиненного ущерба, личность виновного, материальное положение виновного и потерпевшего, характер и степень общественной опасности совершенного преступления и иные фактические обстоятельства»[5].

Плюс, не стоит забывать, что объектом посягательства (те права, которые нарушает злоумышленник) являются не только авторские и смежные права, но и гарантируемая ч.1 ст.44 Конституции свобода творчества как таковая. Что это означает? В случае нарушения прав, можно потребовать не только признания авторства, но и компенсацию морального ущерба, публичных извинений в СМИ. Запомните, что плагиат, помимо посягательства на объекты защиты авторского права, причиняет вред чести и достоинству писателя. А, в отдельных случаях, и деловой репутации.

Другим важным моментом является юридическая сущность «присвоения» авторства. Комментарий к закону содержит пространный перечень альтернатив:

«...Присвоение авторства будет как в случае, если чужое произведение еще не обнародовано самим автором, так и в случае, если оно обнародовано под подлинным именем автора, его псевдонимом либо анонимно. Как присвоение авторства следует рассматривать принуждение к соавторству»[6].

Еще один заковыристый юридический аспект, на который обязательно нужно обратить внимание – конструкция состава преступления.

ч.1 ст.146 УК РФ обладает «материальным» составом. Это значит, что преступление окончено не в момент его совершения, а во время наступления последствий. Проще говоря, даже узнав о том, что кто-то скопировал ваше произведение, идти в суд бессмысленно. Только когда негодяй опубликует текст под своим именем и причинит вам реальный ущерб – подавайте иск.

Кстати, насчет самого текста. Гражданский кодекс предусматривает охрану целых произведений и/или их частей, но не отдельных составляющих произведений. В некотором смысле, это облегчает работу судов. Иными словами, если кто-то взял конкретный типаж героя – одержимый философскими терзаниями принц – оснований для выявления плагиата нет до тех пор, пока персонаж не притворяется сумасшедшим и не убивает короля.

Конечно, теория – это хорошо. А как разбираются дела на практике?

О некоторых прецедентах мы уже говорили. Основной проблемой является разграничение противозаконного «плагиата» и заимствования в рамках правовых норм. В этом смысле юридическая практика в нашей стране не может похвастаться единообразием. Если на западе система общего права, основанная на прецедентах, формирует абсолютную вертикаль, где решение вышестоящего суда обязательно для всех нижестоящих, то в России любой пробел в нормативном регулировании может обернуться судебным произволом.

Впрочем, существует один критерий, который помогает сориентироваться практически в любой ситуации. Нужно смотреть не на содержание текста, не на объем заимствований или повторяющиеся элементы, нет. Стоит отталкиваться от цели заимствования. Проще говоря, надлежит установить, чем руководствовался автор при создании произведения.

Этот подход позволяет оправдать наших любимых постмодернистов. Суть их текстов – деконструкция того, что уже создано. Они пародируют, иронизируют, видоизменяют. На выходе мы получаем новое произведение, а не слегка переиначенный текст; меняется идейная составляющая и смысловая нагрузка. Соответственно, если автор не производит нечто новое, а компилирует работу из фрагментов старого, мы имеем дело с плагиатом.

Отрадно, что на практике суды исходят из схожих соображений. Не хватает закрепления приведенных тезисов на законодательном уровне. Зачастую судам приходится восстанавливать верную логику самостоятельно, без опоры на правовые нормы. Так что, пока ситуация не изменится, лучше избегать плагиата в любом виде.

Шекспир на обвинения в том, что он позаимствовал целый отрывок у менее известного драматурга, ответил: «Это девка, которую я нашёл в грязи и ввёл в высший свет». Обычно высказывания великих людей помогают начинающим писателям, мотивируют и формируют систему координат. Пожалуй, в нашем случае стоит сделать исключение. Авторское право развивается чересчур стремительно, не успеешь выучить правила, они вновь поменяются. Поэтому фраза классика вряд ли возымеет эффект в зале суда. Можно разве что схлопотать обвинения еще по парочке статей.

Мы же этого не хотим?

Денис Банников

 

 

[1] Горнфельд А. Г. Плагиат // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.

[2] Бобкова О. В., Давыдов С. А., Ковалева И. А. Плагиат как гражданское правонарушение // Патенты и лицензии. — 2016. — № 7.

[3] Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 № 63-ФЗ (ред. от 29.07.2017) // Электронный ресурс: СПС Консультант Плюс http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_10699/b683408102681707f2702cff05f0a3025daab7ab/ (дата обращения 10.12.2017).

[4] Там же.

[5] Комментарий к УК РФ // Электронный ресурс: http://ukodeksrf.ru/ch-2/rzd-7/gl-19/st-146-uk-rf  (дата обращения 10.12.2017).

[6] Там же.


 

Нашли опечатку?
Выделите её, нажмите Ctrl+Enter и отправьте нам уведомление. Спасибо за участие!